Меню
16+

Сетевое издание «Тихий Дон»

27.01.2019 15:00 Воскресенье
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

СЕРДЦЕ МАТЕРИ. Рассказ И.П.Гаранина

stih.ru

Андрей открыл отяжелевшие ресницы глаз, смутно (как во сне) разглядел комнату, уставленную какой-то аппаратурой. Его скованное, будто налитое каким-то металлом тело плохо слушалось, каждое движение отзывалось тупой болью.

Но сознание медленно, но уверенно возвращалось к Андрею. Перед ним стояла молодая медсестричка, поправлявшая трубочки внутривенного вливания.

– Где я? – хотел громко спросить Андрей, но получился полушёпот, который разобрала медсестра.

– Вы в палате реанимации, вам нужен полный покой, потерпите.

И как-то незаметно вышла из палаты.

Андрея снова сковала дремота, но сквозь неё он услышал тихие шаги, его койку окружили люди в белоснежных халатах. На их вопрос – кто мы – Андрей уже чётко называл каждого: Геннадия Никифоровича Журавлёва, Николая Ивановича Бутова, Клавдию Васильевну Журавлёву.

– Напугали Вы нас, Андрей Иванович, но теперь, кажется, всё позади. Ваше состояние здоровья теперь и в ваших руках: полный покой, не волноваться, отдыхайте, набирайтесь сил.

– Где Аня? – полушёпотом спросил Андрей.

– Вам, Андрюша, нужен полный покой, Аня цела, невредима, ждёт вашего выздоровления, постарайтесь заснуть, – попросил хирург.

Сквозь дремоту в голове Андрея пронеслась жуткая картина той чукаринской аварии, когда они с Аней возвращались с рыбалки с Кружилинского пруда.

За рулём, как обычно, была Аня на своей «девятке», поднималась в гору от моста. Они отчётливо видели автомобиль Москвич-412 напротив «ожидалки», а когда расстояние сократилось до нескольких десятков метров, Москвич вдруг рванул на дорогу. Последовал страшный удар, скрежет покорёженного металла, оглушающий свист тормозов – это всё, что помнил Андрей. Затем он провалился в какой-то чёрный туннель и потерял память.

Он не знал, что к их счастью из Вёшенской шла встречная легковушка, водитель быстро погрузил пострадавших, помчался в райбольницу. Это и спасло жизнь Андрею, он потерял много крови.

Не знал Андрей, что две бригады хирургов «латали» его внутренние органы без малого шесть часов, много хлопот принёс лопнувший аппендицит, вызвавший сильное кровотечение. К счастью, остальные органы были не нарушены. Радость хирургов была преждевременной, по окончании операции больной вдруг погрузился в глубокую кому, практически ни на что не реагируя.

Четверо суток была битва жизни и смерти человека, но победил огромный опыт врачей-хирургов, их золотые руки. На пятый день к Андрею вернулось сознание.

Врачи-спасители заверили больного, что, вероятно, завтра его переведут из реанимации в послеоперационную палату на два человека, но без права посещения больного.

В послеоперационной палате – атмосфера таинственности: хирурги молча осмотрят больного, ободряюще похвалят, но о перспективах ни слова, а это угнетающе действует на пациента, посещать больного – полный запрет (и правильно), лежишь в изоляции, как в яичной скорлупе, в голове, как в калейдоскопе, мысли, мысли, мысли.

В памяти промелькнули школьные годы, встречи с соседкой Аней, с которой сложились приятельские взаимоотношения. Они не заметили, но крепко осознали, что пришла юношеская любовь, которой дорожили и хранили в глубокой тайне. Конечно, на всю жизнь запомнил дату 17 мая, когда они вдвоём отметили получение дипломов о высшем образовании, как полагается, выпили по стаканчику ликёра и до утренней зари провели вместе. Аня разрешила ему всё: он с наслаждением целовал её нежные, припухшие губы, чувствовал пьянящий запах её бархатных волос. Светилась от счастья и Аня, ведь она подарила своему любимому самое сокровенное, дорогое – девичью любовь.

Всегда жизнерадостного Андрея сейчас угнетала неизвестность, одиночество. Он медленно поднялся на локти, затем, собрав все силы, медленно, с помощью стула добрался до открытого окна без определённой цели.

На восточной стороне станицы загоралась заря. Над Мигулянкой от застоявшейся воды поднимался густой беловато-молочный туман. С берегов озера тянулся тяжёлый горьковатый запах гнили, грязи и ила. На соседней улице спросонья загорланил петух. Его голос эхом разнёсся по сонному берегу Мигулянки. В этом же дворе одиноко тявкнула дворняжка, её разбуженный голос подхватили соседские четвероногие.

Андрей широко открыл окно, в палату ворвалась утренняя прохлада, и он, как во сне, услышал какой-то мифический голос своей Ани.

– Не смееееййй! Нет! Нет!

Он доносился с той полянки водонасосной станции Отрога, где они почти каждую неделю встречались, наслаждались жизнью.

Затуманенными глазами Андрей, скорее всего, ощутил, чем увидел красоту лица Ани: на её нежных девичьих щеках всегда играл румянец (хотя косметикой она не увлекалась), аккуратненький, чуть-чуть заострённый носик гармоничной вписывался в её круглое лицо, а над подбородком красовались тонкие девичьи губы. Он восхищался её необыкновенными серыми глазами, которые всегда излучали какую-то особую нежность и теплоту, он как бы сам растворялся в этой бездне серых глаз, становился безвольным и послушным от нежного, но настойчивого взгляда. А мелкая, еле заметная россыпь веснушек под глазами придавала её лицу не только простоту, но и ласковое выражение.

В воспоминаниях, раздумьях он не заметил, как в палату вошёл хирург, под руку он вёл старушку, улыбаясь, сказал:

– Дождался, Андрей, свидание 10-12 минут.

Андрей ужаснулся – ох, как постарела мама, всегда весёлая, жизнерадостная, с прочным запасом оптимизма. Теперь маму не узнать: землянистое, испещрённое мелкими морщинами исхудавшее лицо. Когда-то красивые голубые глаза матери куда-то глубоко запали, придавая лицу покорность судьбе, усталость жизни, безысходность, унылость. А когда мама поправила платок на голове, он заметил, что волосы её за месяц стали белыми, редкими. Под халатом торчали заострённые худые плечи.

Мама робко присела на стул, взяла тёплую руку сыночка и долго молча гладила, её волнение передавалось Андрею. Он ободряюще сказал:

– Трудности, мама, позади, нога хорошо срослась (была трещина), теперь жду выписки, хочу домой, тебе надо помочь. Похудела ты, мама. Что, аппетита не было?

– Ох, сынок, истосковавшееся сердце матери не требует еды. А когда узнала, что ты в какой-то проклятой коме, тут я и вовсе слегла. Прибежит ко мне соседская Аня, уткнётся в подол моей юбки и плачем вместе. Горе, сынок, аппетита не прибавляет. А вот недавно твоя Аня вбежала как оглашенная, обняла мою голову, прижалась, трясётся как осиновый лист на ветру, рыдает, а сама светится от радости, шумит на весь дом «Маманя, родная, Андрюша пришёл в сознание, жив он, жив, жив». Поплакали мы от радости, тут и выпили чаю с мятой, наверно, за весь месяц. Она ушла, я зажгла свечку перед иконами Божией Матери и Николая Чудотворца, благодарила святых за спасение души раба божьего. Ведь за месяц я-то, сынок, спала по часу в день, сутками стояла на коленях перед иконами, а о еде и не думала, вечерком выпью стакан молока и снова на колени. Ты сам быстрее вставай, тогда мы поддержим друг друга.

– Свидание окончено, – решительно заявила вошедшая медсестра Люда.

Андрей как бы нехотя спросил:

– Соседи помогают, мама?

Вера Ивановна как будто испугалась вопроса сына, как-то неторопливо остановилась и медленно достала из-за пазухи листочек, исписанный рукой Ани.

Нельзя же рассказывать сыну, как сегодня утром они встретились с соседкой (матерью Ани) и вместо приветствия та с ненавистью прошипела: «Ну, проклятая ведьма, забрала ты у нас единственную дочь! Но не радуйся, по-твоему не будет! За неё сватаются добрые люди, не чета твоему голодранцу. И к тому же он теперь калека, хромый будет».

Она как-то виновато улыбнулась сыну и медленно вышла из палаты.

Андрей развернул листок, прочитал:

«Андрюша, милый! Рада за тебя, всё идёт нормально, мне всё рассказывает Зоя Алексеевна, повар больницы, наша одноклассница.

Но чует моё любящее сердце, что какой-то злой рок стал на нашем пути.

Родители категорически запрещают ходить к твоей матери, ежедневно уговаривают выходить замуж (сватов подыскали). Я, воспитанная в строгости и послушании, перевожу всё в шутку, но сама осознаю, что жить без любви к человеку я не смогу, да это безнравственно, духовное унижение.

К счастью, завтра уезжаю на работу в сл.Кашары, куда попала по распределению.

Твоя А.

P.S. Никогда не забывай дату 17 мая, в моей памяти не только женское счастье. По секрету сообщаю – я стану матерью. Молю Бога, чтобы это был сынишка».

По почерку Андрей догадался, как волновалась Аня. В такие минуты её большие серые глаза вдруг становились прищуренными, с каким-то злобным оттенком, а узкие губы чуть-чуть вздрагивали, на уголках появлялись еле заметные складки, выдавая смущение и волнение. В такие моменты можно было увидеть рассыпчатый налёт веснушек. Тогда Андрей, чтобы не волновать любимую, быстро переводил разговор на другую тему.

Записка стала пророческой на всю жизнь. На работе Аня с раннего утра до вечера носилась по полям совхоза. Поправив своё здоровье на курортах Кавказа, Андрей весь отдался работе и заботе о маме. Он видел, как угасает жизнь дорогого и любимого человека.

Единственным счастьем были кратковременные встречи на областных совещаниях. А вскоре родился сынишка, и Аня всю материнскую любовь посвятила маленькому Андрюше. А когда мальчишка пошёл в первый класс, беда снова постучалась в двери казалось бы счастливой семьи: гинеколог обнаружил болезнь, коротая трудно поддавалась лечению. И через два года Аня уже стояла на учёте в онкологическом центре в Ростове.

Она скрывала свою болезнь от родителей, тем более от Андрея. После первой операции вроде быстро поправилась, ожила морально, а через пять лет врачи настойчиво порекомендовали снова оперироваться. После второй операции оформили инвалидность. Быть инвалидом, когда тебе нет и 40 лет, тяжко.

Единственной отдушиной был любимый сынишка, да и любовь к близкому человеку, который занозой засел в сердце Ани. Первые годы не забывали друзья, подруги, коллеги по работе, профсоюз материально оказывал помощь. Категорически отказывала Андрею узаконить взаимоотношения браком, чтобы не обременять близкого ей человека.

Через несколько лет Андрей получил коротенькую телеграмму: «Андрей Иванович! По возможности приезжайте на похороны мамы. Андрей».

Когда на аккуратный свежевырытый холмик положили венки и цветы, к Андрею робко подошёл юноша лет 17, так похожий на него. Тот же высокий лоб с густой чёрной шевелюрой, прямой нос на красивом лице. Только унаследовал сын глаза матери, такие же большие и серые, с добрым, внимательным взглядом. Да и на щеках румянец.

– Спасибо вам, Андрей Иванович, что приехали, отозвались на мою телеграмму. Перед смертью мама взяла ваше фото, она бережно его хранила в тумбочке, поцеловала, приложила к слабо бьющемуся сердцу, нагнула мою голову и прошептала: «Это твой папа, моя первая и пожизненная любовь. Сынок, дай телеграмму. А адрес, номер телефона – в справочнике». Она нежно обняла меня, ничего на земле нет равного материнской нежности. Потом как-то легко потянулась, глубоко вздохнула, что-то заклокотало в её горле, по щеке скатились две крупные слезинки. Я сразу и не понял, что это был её последний вздох.

Юноша быстро обнял и скороговоркой проговорил:

– Спасибо, папа. Я и мама были уверенны, что вы приедете.

Два несчастных человека, охваченные одной горькой матушкой-судьбой, по-детски рыдали, плотно прижавшись друг к другу, не говоря ни слова. Только вздрагивающие плечи до этого незнакомых людей говорили обо всём – о тяжелейшей утрате, навалившейся на их плечи, горе и скорби.

Оказывается и несчастье может объединить людей, тем более когда по человеческим жилам течёт тёплая родственная кровь.

В эти минуты, глядя на эту человеческую скорбь, каким бы ты ни был чёрствым душой человеком, невольно опустишь в карман руку за носовым платком, машинально быстро смахнёшь набежавшую скупую мужскую слезу.

И.Гаранин,
ст.Вёшенская.

P.S. Читатель вправе спросить, что же дальше? Вскоре после похорон Ани скончался Андрей Иванович. «Его забрала с собой Аня», – так судачили люди. Андрей удачно женился, стал предпринимателем, воспитывает 3-летних Андрея и Аню.

От автора

Дорогие читатели!

Я запечатлел эту историю, практически ничего не выдумывая,
только из этических соображений изменил имена главных героев.
Буду рад, если вы пришлёте свои интересные жизненные истории.
Звонить можно мне по тел. 21-1-22, 8 928 149 15 60.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

80