Чигонацкая волховка

Здесь вы можете послушать поэму
«ЧИГОНАЦКАЯ ВОЛХОВКА» в авторском исполнении

В россказнях обдонских буераков

Поселилась быль от старичья

О засыпанных песками Чигонаках

Возле Решетовского ручья.

Редко выспел хутор куреньками.

Там же богомольня и погост,

И коса, нашедшая на камень,

И вожжа, попавшая под хвост.

Десять вёрст вилючих до станицы

С лавками всезнающих купцов.

Войлок, марля, коломянка с ситцем,

Порох, спички, сало и яйцо,

Хомуты, уздечки с ухналями,

Свечи, керосинки и табак…

А на сдачу чарка местной дряни

За обратный путь до Чигонак.

И в жару, и в холода со снегом

Для езды есть пара верных слов:

«Цоб-Цобе!» – чтоб тронулась телега

Тихим ходом огненных волов.

В Чигонаках все – родня друг другу

От дедов до кошек и собак.

Лишь один курень, что ближе к лугу,

Не якшался с хутором никак.

Окна были ставнями закрыты.

Перекособочился плетень.

И стучали по полу копыта

В комнатной извечной темноте.

Здесь свистели ветры в дымоходе

Наспех убывающей луне,

И мышей летающая кодло

Юркала во мглистой пелене.

Днём же упокойно всё и тихо,

Не считая карканья ворон.

Отсыпалась с ночи Пузаниха.

Бабку эту знал весь Верхний Дон!

Серая горбатая волховка

С волосатой блямбой на губе.

К ней Антиповка, Зубки, Дубровка

Ездили справляться по судьбе.

Кто тайком спешил для приворота,

Кто для излеченья скверн и порч…

Был рецепт от зёва, от икоты,

Методы, как сбагрить замуж дочь.

Ехали для снятья бед и сглаза.

Чтобы жизнь увидеть наперёд.

Вылечиться быстро от заразы

И узнать, кто любит, а кто врёт.

Выплаты за здешние обряды

Люд определял вольготно сам.

Приносились миски спелых ягод,

Жир барсучий, жареный сазан.

Были и цибарки с пряным жмыхом,

Бусы, шлычки, серьги, пояса,

Чтоб смогла волховка Пузаниха

Сотворить для мира чудеса.

Так, по слухам, с масленой неделей

Моховского хутора рожак

Из станицы пеши сквозь метели

Кое-как добрёл до Чигонак.

Куль холщовый, шкурами набитый,

Скинул путник с тёртого плеча

И, читая Господу молитву,

Зубьями от холода стучал.

Живо обогрели хуторяне

Зябнувшего гостя у печи.

Чай на травах и блины в сметане,

Да на руку скорую харчи

Веером хозяйкой раскидались

По всему дубовому столу

В час, когда в заснеженные дали

Солнца диск стремительно тонул.

Ужин, разговорами зачатый,

Тёк, как будто на душу елей.

Путник – знатный в хуторе волчатник

И торговец шкурами зверей.

Скупостью истории не блёкли.

Каждая в подробностях цвела!

После тем причудных и далёких

Обсуждались важные дела

О продаже пышной шкуры волчьей,

Выскобленной начисто в сенях,

И о наведённой кем-то порче,

Резко проявившейся на днях.

Выскочил ячмень на оба глаза,

Ухо прострелило на ветру.

Шурин на Татарском перелазе

Провалился, чуть не утонул!

Захромала прыткая кобыла,

И погасла свечка у икон…

Всё, что раньше не было и было,

Проявилось враз со всех сторон!

А ещё на сомкнутых ресницах

Будто оживали ночью сны –

Как в капкан брюхатая волчица

Угодила в первый день весны.

Шибко кровь лилась на корку снега,

Словно холст кропила краской кисть.

И для совершения побега

Лапу ей пришлось себе отгрызть.

Чтобы прекратилось в жизни лихо

Бедного волчатника скорей,

Речь зашла о бабке Пузанихе

И о убывающей луне.

Куль холщовый платою намечен…

Скрип калитки… Едкий дым печи…

Так и состоялась тайно встреча

Путника с волховкою в ночи.

Долго свечка комнату коптила,

А потом нашёптанной водой

Бабка мыла гостя с банным мылом

И в конце отправила домой,

Бросив на прощанье хриплым кашлем

Маленькую горстку важных слов,

Чтобы путник даже в мыслях страшных

Не охотился отныне на волков.

С ночи той сжевались дни, недели

Временем, как сено бугаём.

Дон разлился. Гуси прилетели.

По полям – грачи да вороньё.

В хуторах весенние заботы

На любой пошиб, лады и масть…

Больше в моховском лесу охота

На волков ни разу не велась!

Порчи, беды, горести, проклятья

Унеслись куда-то далеко.

В богатеи выбился волчатник,

Став донским заядлым рыбаком.

Но, однажды, в грохоте и тряске

Под мычанье огненных волов

Ехал снова шляхом чигонацким

Новоиспечённый рыболов.

И случилась в миг неразбериха

В сердце от увиденных чудес –

Не было в помине Пузанихи,

И куда-то хутор весь исчез!

А на месте этой небылицы,

В логове, взвывая и рыча,

Родила трёхлапая волчица

Тёмно-бурых маленьких волчат.


Быть в курсе событий Шолоховского района легко!
Подписывайтесь на наши страницы в ВК, ОК, Телеграм


Популярные новости Шолоховского района

Камень не в огород. Происшествие

В военный госпиталь с концертом и подарками

Главный новогодний праздник

Необычные гости посетили Вёшки

Две платёжки – не ошибка

Оцените статью
Тихий Дон